КОНКУРС

Конкурс Московского МКФ всегда бы камнем преткновения как для организаторов фестиваля, так и для критиков и зрителей. 
 
В советское время надо было старательно дозировать отечественные ленты, дружеские (из Восточной Европы) и вражеские (с Запада) картины, произведения политически актуальные (для начальства), художественно совершенные (для критиков), скандально знаменитые (для киноманов) и сугубо развлекательные (наконец, для зрителей). При этом безжалостно отметалось все, что вызывало хоть малейшие идеологические сомнения. Удар пришелся с неожиданной, казалось бы, чисто художественной стороны: главный приз «Восьми с половиной» Феллини в 1963 году потряс основы отечественного общественного сознания. И хотя массовый (и снобистски немассовый) зритель продолжал предпочитать более завлекательную внеконкурсную программу, список конкурсных шедевров, нередко упускаемых и критикам и киноманами) в первую очередь из стран Азии, Африки и Латинской Америки, завораживает. Тут и Кането Синдо, сохранивший верность Москве с первого до последнего своего фильма, и Шьям Бенегал, и Им Квон-тэк,  и многие другие классики мирового кино, вплоть до братьев Тавиани.
 
С рубежа тысячелетий, когда особо обострилась конкуренция ведущих кинофестивалей в борьбе за мировые и международные премьеры, что перенесло основные трудности отбора фильмов из сферы цензуры и идеологии на просторы экономической и художественной конкуренции, конкурс Московского фестиваля постепенно занял нишу открывателя новых имен и парадоксальных талантов, последующие произведения которых нередко оказывались среди лауреатов  Венеции, Берлина или в Канн. Именно в Москве состоялись премьеры ранних фильмов Вана Чуананя («Лунное затмение»), Кима Ки-дука («Реальный вымысел»), Асгара Фархади (Танцуя в пыли), не говоря уже о Борисе Хлебникове и Алексее Попогребском («Коктебель») или Сергее Лобане с его трехчасовой феерией «Шапито-шоу», талантливых дебютантах из СНГ.
Фестиваль сохраняет верность и традициям, показывая в конкурсе фильмы мастеров, не всегда по достоинству оцениваемых зарубежными фестивалями. В качестве примера достаточно привести Киру Муратову, большинство фильмов которой в последние годы показывалось на ММКФ, будь то в конкурсе или вне конкурса. 
 
Жанрово-тематические предпочтения, нередко определяющие программы других фестивалей, в Москве отходят на второй план, уступая место художественному качеству и порой шокирующей оригинальности, о чем свидетельствуют такие разноплановые конкурсные картины, как «Орлеан» Андрея Прошкина, «Дорога» ливанского режиссера Раны Салем,   «Лузеры» болгарского режиссера Ивайло Христова, «Арвентур» Ирины Евтеевой, «Милый Ханс, дорогой Петр» Александра Миндадзе (37-й фестиваль), «Монах и Бес» Николая Досталя, «Козни» Давида Гриеко, «Дневник машиниста» Милоша Радовича (38-й фестиваль). Открытия и сюрпризы ожидают специалистов и зрителей и в конкурсе предстоящего 39-го ММКФ.